↑ Вернуться > Плонин Петр Федорович

Распечатать Страница

Книга первая. От Иваново-Вознесенска до острова Сахалин. Глава 16 – продолжение5

Книга первая. От Иваново-Вознесенска до острова Сахалин. Глава 16 – продолжение5
1 vote, 5.00 avg. rating (99% score)

Книга первая. От Иваново-Вознесенска до острова Сахалин. Глава 16 – продолжение5

Дела во Владивостоке:

Телеграммы:

  1. А.Ф. Лаптеву
  2. В редакцию Книги Рекордов Гиннеса.
  3. В редакции газет «Труд», «Сельская жизнь».
  4. В редакции журналов «Сельская новь», «Коневодство».

Устройство коней, спонсоры, валюта, движение экспедиции, визы, транспорт до Холмска или до порта Корсаков.

Текст телеграммы в редакцию Книги рекордов Гиннеса:

Конная экспедиция в составе двух геологов Николая Шабурова и Петра Плонина, на двух кобылах Владимирской тяжеловозной породы Почты – 1980 года рождения и Лангусты – 1977 года рождения, запряженных в повозку-фургон, стартовали из города Иваново-Вознесенска в сторону острова Сахалин 3 июня 1992 года.

Цель: привлечь внимание общественности к проблемам коневодства, экологии, народных промыслов, постоялых дворов.

Почти за год экспедиция прошла по маршруту:

Иваново-Вознесенск –Нижний Новгород – Вятка – Пермь – Екатеринбург – Курган – Петропавловск – Омск – Новосибирск – Кемерово – Красноярск – Иркутск – Улан-Удэ – Белогорск – Благовещенск – Биробиджан – Хабаровск – Владивосток.

Отрезок пути Улан-Удэ – г. Белогорск проследовали по железной дороге. При перевозке 4 марта погибла при родах Почта (крупный плод, открывшееся кровотечение). С Благовещенска Почту заменил конь Амур семи лет отроду. Итак, пройдено расстояние с Лангустой 8500 километров, с Почтой – 7000 километров, с Амуром 1500 километров.

Позади около тысячи населенных пунктов, тысячи встреч, сотни бесед с местным населением, десятки выступлений по радио, телевидению, в газетах.

Сегодня коневодство в России нуждается остро в помощи общества и самого государства.

16.15. Лежу на телогрейках в тени раскидистой ивы, загораю или точнее сказать, принимаю солнечную ванну. Остановились на обед, кибитку, что в последнее время делаем часто, оставили на обочине дороги. Распрягли коней и свели их на лужайку, где уже успела вырасти довольно высокая трава.

Сегодня многое впервые. Впервые увидел не близко крупную черную красивую бабочку, впервые появились слепни, впервые вижу озимые или яровые зеленые всходы высотой уже около 10 сантиметров.

Во время обеда подъехал на мотоцикле восемнадцатилетний парень, очень похож на моего племянника Сашу Лохина. Зовут Сережа Книжин. Они сами с Западной Украины. Сюда приехали, потом снова уезжали, а теперь вновь приехали и обосновались в селе Никитовке, где содержат свое фермерское хозяйство. На 20-ти гектарах земли управляются три брата и отец. Мать мы тоже видели. Она приехала из города. Собственно Сергей подъехал на мотоцикле «Минск», встречать свою мать, ибо до Никитовки еще 12 километров отсюда в сторону от основной трассы. Раньше в Никитовке было 157 дворов, а теперь осталось всего около 20-ти. Там же обосновалась фирма по производству чая, называемого «Дерсу Узала» – в состав которого входят одни лекарственные травы.

Да, Коля не впервые высказывается, что нас плохо встретили коневоды в Могилевке, и  вроде бы в недоумении, почему так? Посторонние люди встречают лучше, чем коневоды.

Но все закономерно. Я много раз говорил, что Слава Богу – нам не идти назад, а то бы в тех городах, где Коля «отгуливал» Россию, перед нами бы захлопывали бы двери домов, конюшен, ипподромов. Так случилось и в Могилевке. Перед нами, вернее до нашего прихода, здесь побывал Юра Сизых и Федя Добосов. И этого оказалось достаточно, чтобы пришла к людям объективная информация о нашем, вернее о Колином, безобразном поведении в Улан-Удэ на ипподроме, да и в УПТК, где происходила загрузка в вагон лошадей и кибитки.

И только в Биробиджане и в Хабаровске Коля не принимал спиртного. Но повел себя в Хабаровске так, что Сергея Владимировича – директора Конноспортивного клуба «Мустанг», отвратило полностью от нашей экспедиции. Встретить-то он еще встретил нас более менее, а вот провожать даже на пришел. Он говорил так:

–        Когда я увидел, что вы пришли, то я понял, что я непобедим теперь, что мне ни что не страшно. А посмотрев на ваши отношения меня полностью отвратило от экспедиции. Ради чего вы идете? Да кони здесь не причем, раз у вас такие отношения, то пусть все кони летят в тар-тара-ры!

Он сильно был разочарован, особенно после подлого Колиного удара в пах ногой.

–        Как ты его терпишь? – говорил Сергей, – я бы на третий день его убил бы.

Это он так про Колю.

–        Я сразу его раскусил.

И действительно, он еще в бане мне выдал точную Колину характеристику.

–        Если что-то с тобой случится, то я этого гада из-под земли достану, но отомщу за тебя. И пока хоть один «мустанговец» будет жив, мы будем мстить за тебя – это тоже слова Сергея Владимировича, сказанные при гитаристе Станиславе.

16.37. Передо мной насколько хватает глаз, простирается ровное зеленое поле. Справа его окаймляют зеленые купы лесопосадок вдоль трассы, слева голубеют хребтинки гор, а прямо, за островком сухой травы и группы ив, поле сливается с горизонтом, ровное словно речная гладь Волги, в местах разлива водохранилищ.

Да, на обед сегодня жареная картошка с помидорами солеными, что подарила нам Нина Дмитриевна из «Хижины». Сергей Книжин тоже пообедал слегка с нами. Запили нарзаном, припасенным еще с источника.

Какая то птица странно гудит, словно в дудку.

Да, Сергея, видимо, берут в Армию. Он все нахваливал, какие здесь славные места. Какая тайга, богатая дичью. Какие реки, богатые рыбой. И вообще во всем чувствуется его юношеская влюбленность в эту землю. Он говорит чисто по-русски, а вот мать чисто по-украински.

19 мая 1993 года.

16.47. Лежу, загораю на зеленой лужайке с одуванчиками, подстелив под себя солдатские телогрейки, защищающие зимой нас от сибирских морозов.

Полчаса как пообедали: жареная картошка на маргарине с помидорами, чай под названием «Дерсу» – это вчера Сергей Книжин привез на мотоцикле две банки этого чая в подарок. Обещал он мне написать, если возьмут в Армию, но не знаю, напишет ли?

Сегодня ночью мне снился Саша Лохин на велосипеде, да еще, якобы в деревне Старое Высокое, на моей Родине.

16.52. Подъехала машина какая-то. Очередные гости. Коля у кибитки их занимает. Вообще-то так сложилось, что в обеденный перерыв Коля заползает в кибитку и там пишет, работает, а я люблю природу и лишнюю минуту готов проводить на природе, будь-то зима или осень, или, тем более – лето, как теперь.

Перед обедом у нас возникла очередная стычка. Буквально такая. Коля:

–        Лева (брат Колиной жены Зины Метельковой) здесь служил и рассказывал, что лето очень жаркое в Приморье.

–        А я слышал от людей, что здесь июнь – июль дождливые месяцы, а август – сентябрь – октябрь солнечные – отвечаю Коле.

–        Мне же Лева рассказывал…

–        Ну, ты наверное не так понял или не слушал?

–        Да ты знаешь, у меня какой мозг, что вам никому не тягаться…

И так далее и тому подобнее.

Я говорю, причем тут твой мозг к погоде в Приморье? И, чтобы не спорить, ушел от костра подальше. Прогулялся, отжался раз 60. А в это время к костру подошли гости: две женщины. Одна в очках, в желтой куртке. Другая в зеленом плаще, в туфельках и с ними молодой человек, водитель.

Коля начал «токовать» словно глухарь и занял  их минут на 30-40. Но если бы они не торопились, то Коля проговорил бы еще больше:

–        Не имеет аналогов; без коня крестьянин с серпом; каждый имеет свою вершину и так далее и тому подобное.

Да, еще «самые лучшие люди – это здесь в Приморье, самые красивые места тоже» и так далее.

Песня одна и та же с небольшими вариантами, начиная от Вятки и до сих мест.

Когда уехали гости, Коля подошел к костру и сказал:

–        Вот видишь, уже началось и продолжается реализация моего мозга и теперь наши споры ни к чему, вся Россия знает, какой у меня мозг…

17.05. Вчера заночевали подле дороги на совхоз «Кронштадтский», миновав хранилище ядохимикатов и удобрений. В лесу, на костре сготовили ужин: китайские спагетти, нарзан.

Утром, часов в шесть пошел дождь и не прекращаясь лил почти до двух часов дня. Было холодно. Теперь светит ярко солнце и не поверишь, что еще час назад было пасмурно.

С утра я на вахте, на облучке, под офицерской плащ-накидкой. Кто её только выдумал? Все равно под ней мокрый сам делаешься, если не от дождя, то от испарины, что появляется от разницы температур. Была бы эта же плащ-накидка, но тканой стороной во внутрь, думаю, что такого бы конденсата не было бы. И человек под ней оставался бы сухим более менее.

Замерз я под этим плащом. Еще пришлось вторую телогрейку надевать. Вчера я заметил, что у Амура оторвалась половина подковы задней, левой.

17.15. Гости уехали. Наш конь Амур рванулся в бега, пришлось вставать и возвращать его и сажать на привязь.

Когда Амур приближался ко мне, Байкал выбежал из тени, где дремал и встал между мной и конем, как бы защищая меня от лошади. Теперь Лангуста ушла бродить в поисках воды. Я им два раза предлагал сегодня, но было прохладно и они почти не пили. А сейчас ищут воды, тем более, когда поели комбикорма.

17.20. Пора запрягать. Летают пчелы. Сегодня красиво было, когда выглянуло солнце среди дня и пар шел от пашни, словно гонимые ветром седые волны.

Еще черемуха цвела и мокла под дождем, раскинув кисти и аромат её был необыкновенен.

Вспомнился куст сирени под окном нашего родительского дома в деревне Стенки, что под городом Кольчугино, но это запретная тема для души и мыслей.

17.25. Решили здесь заночевать ибо до города осталось километров восемь всего, а на ночь въезжать в город, славящийся конокрадством, не резон.

Поет птица, похожая на нашего соловья, но до настоящего соловья ей далеко. Здесь вообще-то небогато пока птицами. Может быть в лесу, в тайге, другая картина.

Как-то дня два назад, возле горного ключа на обеденном привале я зашел в лес и обалдел – сосновые посадки словно под Стенками, в которых мы не раз с Наташей и старшим сыном Эдиком, собирали грибы, когда Эдик был еще маленьким. Ходили туда и с Илюшей. И все это так нахлынуло, перевернуло душу, очистило. Скорей бы домой! Очутиться бы сейчас всей семьей в Раздолье у Лохиных, где Саня Кожин рядом, Тарасовы опять же близко.

«Зачеркнуть бы всю жизнь, да по новой начать»…- поется в известной песне. А у меня все наоборот. Каждое мгновение, особенно с Наташей, готов бы повторить и возвратить.

Родились стихи:

Над Приморьем клубятся дожди,

Мокнут белые кисти черемух…

Ты меня в далеке своём, жди,

Разжигая желаний солому.

А чуть дождик затих – соловей,

Только голос его не такой…

Не печаль своих тонких бровей

Я их нежно разглажу рукой.

Словно вновь над родною Талкой

Дремлют кони на мокром лугу…

Знай, с тобою я все смогу,

Золотая моя Наталка!

18.25. Да, у лыжных ботинок, в которых я щеголяю с самого Хабаровска, отвалился каблук. В чем теперь ходить? Коля ходит в ботинках «прощай молодость», которые где-то подцепил в Облучье во хмелю. Тоже не лучший вариант.

Пойду поить коней.

19.42. Снова на телогрейках. Словно по новой народился. Искупался в лесной, быстро струйной речке, что омывает кисти черемух, склоненных к самой воде. Вымылся с мылом и помыл голову. Байкал лежал, положив голову на лапы, на крупном желтом песке и наблюдал как я купаюсь. Его бы тоже где-то надо помыть. Только вода еще холодная.

Вечер великолепно и тихо тает и переходит в ночь. Кони, пофыркивая пасутся на лугу. Я их только что напоил. Они выпили по два ведра речной воды. Собственно говоря и на речку-то я наткнулся только ища для коней воду.

Речка изумительно напомнила мне мое детство в Рязанской губернии. Ну просто копия моей родной речки Юзги. Тот же песок, та же тенистая прохлада, те же кисти черемух купаются в речных водах. Вот это подарок – за всю дорогу. Шел – шел по России на восток, а пришел к себе на Родину, в Рязань, в Центральную Россию. До чего же богата должна быть Россия, коль через 10 тысяч километров повторилась моя Родина. А может еще много на Земном шарике таких мест, где я родился? Где ни будь, в Канаде, например или в Калифорнии?

19.57. Амур вновь быстрым шагом направился на север, откуда мы идем теперь. Пришлось его вновь привязать. Лангуста пасется поодаль. Кони очень хотели пить. Даже перестали есть траву и ждали, когда мы с Байкалом их напоим.

Шумят, пролетая по трассе автомобили большие и маленькие, грузовые и легковые. И все куда-то спешат, спешат, спешат… И только наша кибитка замерла на краю трассы, на обочине.

Плавки на мне сырые, носки постирал, развесил на траву. Но вряд ли успеют высохнуть. Уже неумолимо приближается ночь. Стали длиннее тени. Холодом потянуло со стороны леса, от укрытой там речки. Поет одинокая птица. Поет незнакомую песню. Теперь бы в стенковский лес, который наверняка сейчас звенит от птичьих голосов.

Байкал лежит у моей головы, часто дышит и то и дело лязгает зубами – отгоняет назойливых мух. Амур остановился, хлещет себя хвостом по крутым ляжкам. Лангуста направилась к нему. Да, эти дни самые тяжелые предстоят. Как перед «демобилизацией». Уже и не естся и не пьется, а только о доме думается. Тем более Эдика грозятся взять в Армию. Вдруг возьмут без меня. Там Наташа с ума сойдет от переживаний. А я здесь. Все чаще и чаще эти переживания заполняют мои сны и мою явь. Что поделаешь? Год – это срок не малый. Воды много утекло за этот период времени. И время стало другое, и мы изменились. И тут ничего не поделаешь. Однако, стало холодать. Пора одеваться. Да и комары откуда-то налетают. Вон и Коля вылез из кибитки, пошел в сторону леса. Видимо в туалет.

Кони стоят, задрав морды, дремлют. Дремлет и Байкал, время от времени тяжело вздыхая. В обед он плотно покушал кашей, а вот утром я оставил его без каши. Случилось это вот как. Уже сварил и приготовил чашку. Поставил рядом с костром, чтобы остывала и все это оставил, забыл у костра. Думаю, пока запрягаем каша остынет. Обычно я остужал до запряжки, а тут запрягли и про кашу я забыл. Да еще Лангусту приходится сдерживать. Она еще не до конца запряженная уже готова идти и рвется все время.

20.36. Только что у Байкала на шее нашел с полдюжины клещей и маленьких и уже насосавшихся крови. Да и с себя сегодня пять клещей снял пока воду искал.

Солнце все ниже и ниже. Уже миновало тучку, висящую над горизонтом и теперь коснулось верхушек леса. Остро запахло луговой травой. Решили в 9 часов запрягать и уходить на постой, под защиту кустов, уже на ночлег. Стало вдруг холодно. Пришлось одеть рубашку и брюки.

20.43. Лангуста приближается к месту, где я лежу, с шумом срывает траву, при этом на губе верхней собираются морщинки. Странно смотреть на нее в это время. Кажется она сама растет из травы и у нее пять стволов-корней: четыре ноги и голова с шеей. Свистит, не переставая птица, все кого-то зовет.

Японский микроавтобус остановился возле кибитки, сбавил ход, поглазели люди и покатили дальше. Амур распустил свою «антенну» и машет ей, бьет изредка по животу, видно мух так отгоняет. С запада скапливаются тучи и там неясно погромыхивает. Возможно идет гроза.

20.53. Пора обуваться и идти запрягать. Второй каблук я то же оторвал. Ибо он не нужен. Так ровнее ходить. Когда встал, то понял, что подзамерз и одел сразу обе телогрейки.

21.43. В кибитке по тенту барабанит дождь. Не успели подъехать к месту ночевки, как он начался. То, что с северо-запада погромыхивало, приближается сюда.

Распрягли коней и привязали пока их к деревцам. Байкал сразу забрался под кибитку, куда я спрятал упряжь. Собственно мы бы успели до дождя, но задержала встреча с гостями из Лесозаводска. Главный инженер автоколонны № 2032, зовут Геннадием, с ним женщина и водитель «Волги» государственный номер 9795 ПРА. Дождь поутих. Будем готовить ужин на костре.

Гроза. Молнии. Дождь.

20 мая 1993 года.

8.20. В кибитке. Ноги сырые и холодные. Встали в семь часов. Сходил на речку детства за водой для коней. но они не пили. Обильная роса сказывается. Да к тому же вчера я намочил для них специально овес, чтобы помягче поедать было.

На завтрак рисовая каша с горохом из солдатского пайка – последняя порция, и чай.

Байкал вчера съел сала и его вырвало этим же салом.

Сегодня ясный денек пока начинается. Но этому верить нельзя. Здесь погода резко меняется. Все же лето радует, как бы то ни было.

И вновь рождаются стихи.

Опять по-летнему ударила гроза,

Я прикрываюсь офицерской плащ-палаткой…

Нельзя мне думать о тебе, ещё нельзя,

Но всё ж мечтаю о тебе украдкой.

Что вот в такой же дождик проливной,

С тобой укроемся одним куском палатки

И пусть гроза становится виной,

Что поцелуй наш долгий будет сладкий.

Я соберу дождинки с твоих щек,

Своим дыханьем всю тебя согрею…

Конец грозе, очистился восток,

Земля пошла вращаться все скорее…

21 мая 1993 года.

10.40. Город Спасск-Дальний. Центральная площадь. Солнце. Жарко. Два мальчика Сережа Сохорюк – 11-ти лет и его друг едят мороженое. Сережа сероглаз, русый, в джинсовой куртке, в рубашке в клетку и спортивных брюках. Его друг в рубашке, в брюках спортивных, поверх которых подвязана кофта, на поясе узлом. Зовут друга Володя Прун, ему 12 лет. Справа, за какими-то складами, лязгает по рельсовым стыкам проходящий поезд.

К лошадям подходит дед, в коричневой куртке, желтой рубашке, светло серой шерстяной кепке, седая щетина, лицо темное от загара, под мышкой свернута или сумка или плащ.

Мальчишки рвут траву и угощают кобыл. Дед стоит подбоченясь и советует кому дать.

Вчера целый день занимались ковкой в селе Хвалынском, ковал якут и очень хороший человек. На жаре почти без перекуров работал.

Я с ребятами успел заменить баллон у заднего левого колеса, точнее покрышку. Выехали после шести часов вечера из гаража, где ковали. Набрали попутно колодезной воды и потихоньку пошли.

На трассе встретили парня в спортивном костюме. Назвался Сергеем. Попросил воды. Я  подал ему маленькую канистру с водой. Он отпил слегка и поделился тем, что тоже любит путешествовать. Был в Находке, в Якутске.

Ночевали так. Свернули влево по прямой дороге мимо садов и обширного поля слева. Уперлись в охраняемый объект и здесь за шлагбаумом переночевали под охраной пяти человек и под не умолкающий лягушачий концерт.

На ужин картошку жареную на маргарине без хлеба, оладьи и чай.

Следы пожара. Деревенские мальчишки подожгли склад и говорят охранники, что ограбили какие-то помещения. Такая вот жизнь.

В половине двенадцатого ночи нас разбудил злобный лай Байкала. Оказалось, что охранники пришли спросить у нас сахар. Коля дал им, но в темноте перепутал мешочки и они еще раз приходили. Принесли хлеба полторы буханки.

Утром встали после семи часов. На завтрак чай со сгущенным молоком, хлеб. Охранники так и не проснулись, когда мы уезжали. Хотя Коля крикнул два раза:

–        Эй, мужики!

Старченко Татьяна Илиодоровна – полная женщина лет сорока. Она же главный редактор газеты «Спасск». Телефон 3-28-87, 3-28-86.

Крикун Александр Николаевич – глава городской администрации.

Погасян Арсен Самсонович – торговый дом «Маргарита».

Ольга Васильевна Шалыгина – редакция газеты «Маяк», отдел писем, лет 30-35, худенькая, кудрявая, в белой кофте, джинсовой юбке, в черных капроновых чулках и коричневых туфельках.

Городской фото клуб. Город Спасск-Дальний, Приморский край, улица Советская, дом 86, квартира 13. Коробов Вячеслав Владимирович. Телефоны: 2-49-13, 2-06-93.

22 мая 1993 года.

15.21. Сижу почти на вершине одной из сопок на прогребенной до щебня тракторами просеке, подложив под себя одежду, принимаю воздушные ванны. С сопки открывается изумительный вид на распаханную долину, кое-где уже зеленеющую всходами, на белеющие крыши поселка и на, занавешенные туманом непогоды – горы.

Только что снял у себя с головы клеща, уже почти впившегося.

Вчерашний день был богат событиями. И хотя на этот раз я уступил роль снабженца Коли, но, стоя в закоулке у здания городской администрации вместе с конями и кибиткой, очень устал от общения с людьми. Подходили десятки людей: детей, стариков, женщин, мужчин. И все это выглядело словно прибой или прилив. Людская волна то захлестывала через край кибитку, то отступала и оставались 5-6 стойких любителей коней или романтиков.

Ответил на сотни вопросов. Некоторым давал Гостевую книгу. Они оставляли на ее страницах свои записи. Кому-то дарил визитки.

Две бабушки пенсионерки сунули бумажки денежные, со словами:

–        Это собачке на пропитание.

Рублей 600. Коля обегал несколько организаций. Представитель фирмы «Альфа-цемент» подарил нам 25 тысяч рублей и еще частный магазин дал 20 тысяч рублей. Супруга Погасяна. Потом еще две небольших коробки с продуктами, среди которых банки с икрой тыквы и сайры.

Запомнился мальчик Вася Ланин. Он привез на велосипеде щи еще теплые для Байкала и одна бабушка супу дала для него же.

А так, чего только не подали для нашего четвероногого друга. И печенье, и мороженое, но он лаял злобно на всех, работал во всю, охранял кибитку.

Выехали около шести часов вечера. Перед этим я забежал в кафетерий, выпил стакан чаю и съел два бутерброда.

Обедали, вернее пили чай в обед в фото клубе Коробова Вячеслава Владимировича. Смотрели его работы. Фото клуб занимает трехкомнатную квартиру в одном из пятиэтажных домов в центре города по улице Советской.

Купил банку сока яблочно-виноградного за 180 рублей и луку зеленого по 35 рублей за килограмм. Коля на 5 тысяч купил продуктов: один килограмм колбасы, две банки компота и одну бутылку китайской газированной воды виноградной. Только выехали из города, как на левом заднем колесе в покрышке, которую заменили нам в селе Хвалынском, образовалась дыра, сантиметров 30-ть, в которую вылезла камера величиной с добрый футбольный мяч.

Коля взялся устранить прокол. Для этого попросил кусток жести или покрышки. Я нашел кусок кордовой ленты транспортерной. Но Коля ухитрился свести насмарку все дело. Просто затолкал кусок ленты в покрышку, который тут же при накачке баллона воздухом, вылез.

Вчера было еще три-четыре интересных встречи. С земляком из Кинешмы Анатолием. Андрей с Сергеем из поселка Калинин еще, что меня на стареньком «Москвиче» подвезли до свалки и назад, когда я искал транспортерную ленту. Еще семья, что дала насос и луку стрельчатого – у них мать живет в Прохорах.

С Сергеем и Андреем задержались, перекусили, посидели. Андрей подарил нам 6 тысяч рублей своих. Рассказывали анекдоты, я несколько записал.

Расстались уже в сумерках. Ночевали в рощице слева от дороги, перед знаком «Спасск» – новой стелой. Коней поил из лужи по одному ведру. На ужин сок, хлеб белый.

Сегодня встал в 7.15. Дождь. Решили заехать в село Прохоры. Вот уж не ожидали такой встречи, в гараже, в селе Прохоры. Сергей – главный механик не знал, что для нас сделать. Только спрашивал:

–        Ну что вам еще?

Моментально заменили колесо. Поставили непробиваемое колесо от пушки. Оно чуть меньше в диаметре и тяжелее по весу. Но зато без хлопот.

Сфотографировались.

На обратном пути из села встретила нас женщина Лидия Ивановна – сирота, воспитывалась когда-то в детском доме в Иваново и даже заплакала, когда нас увидела.

Молоко, хле6-соль, яйца, сало, луковицу, красную рыбу, салфетку, цветы, цветущие ветки сирени и яблони. Хотела угостить вином, но мы отказались. Фотографировались.

Там же в Прохорах познакомился с Сашей Сальниковым 25 лет, его сыну 1,5 года. Работает Саша на цементном заводе.

16.04. Кукует кукушка в дубняке на вершине горы. Спросил, сколько дней до Владивостока нам ехать? Ответила – 7 дней, прокуковала 7 раз и помолчала. Опять закапало с низко летящих туч. Пора идти к кибитке и запрягать и ехать. Снова моя очередь быть на вахте, на облучке, управлять лошадками в течение ближайших суток.

Байкал как и всегда у моих ног. Если он отвязан от кибитки, то словно привязан к моим ногам, не отходит ни на шаг.

На трассе далеко внизу слева за дубовой рощей гудят машины. Где-то в уже густой по летнему зеленой листве воркует горлица. В траве растет папоротник. Его уже заготовляют впрок. Сегодня на обед картошка жаренная, молоко, лук, соленая красная рыба.

23 мая 1993 года.

8.29. На облучке. Холодно. Облачность кучевая. Солнце освещает спины гор слева. А впереди горы в голубой дымке расстояния очерчены намеком. Полчаса назад вышли из села Черниговки – районного центра. Как раз гнали отставших коров, проспавшие хозяйки. А стадо, довольно обширное, паслось за рекой.

Справа, уже за селом, тоже стадо. Пастух грозного вида стоит на краю дороги с ременным кнутом и сердито кричит на коров, пасущихся на летном поле аэродрома.

Байкал мается у моих ног, на облучке. То ляжет, то встанет, поводя носом ловит холодный ветер, дующий с гор, несущий в себе волнующий запах тайги.

8.40. Дорога идет чуть вниз и сворачивает влево, уводя от искусственных холмов и вышки. Горы забегают слева, перерезая дорогу и вырываются наперед.

9.07. Сегодня завтрак прямо на облучке. Холодный. Сало, хлеб, лук, сайра в масле, компот из персиков. Слева, с востока дует. Холодно. Я сижу в телогрейке и замерзаю. Всего плюс 11 градусов по Цельсию. Справа в 1,5 километра по долине идет поезд грузовой. Дорога не электрифицирована. Уже поездов давно не видели. Кони пробежали около двух километров и теперь плетутся еле-еле. Конь Амур сегодня в коренниках. Солнце золотит крупы коней, тень от хвоста полосатит лоснящуюся спину коня. Поля. Справа тянутся телеграфные столбы 20 проводов. Дорога то плавно спускается, то идет на подъем. Асфальт. Обочина усыпана мелким щебнем. Звенит над полем жаворонок. Оказывается все эти дни я принимал за соловья певчего дрозда.

11.00. Воздух прогрелся до плюс 18. Солнце. Входим в поселок Сибирцево. Оно помечено на карте Атласа автомобильных дорог СССР. Слева зеленеет всходами поле. Два «КАМАЗ»а, обгоняя приветствуют нас. Государственные номера: «1389 ХК» и «1390 ХК». Справа за высокой стеной вязов тоже поле. Синеют картонные горы слева. Впереди видны крыши села. Желтеют по обочине одуванчики. Справа шум поезда. Проходит мост товарный поезд. Ива. Вяз. Ветер. Молоковоз «ЗИЛ 130» номер «4422 ПКО».

15.20. Прошли поселок Сибирцево, Сибирцевский щебзавод, что громоздится прижавшись к полуобнаженной горе, спустились в долину, а вернее в распадок, миновали летнюю ферму и еще какой-то колючий заградительный участок на горе и поднялись на затяжной перевал.

Начали спускаться и тут справа я увидел площадку для отдыха, прижатую к дубовой молодой роще, что потянулась дальше к вершине горы и тут мы остановились на обед. Распрягли коней, сначала пустили их вольно, думали что в лесной тени им будет лучше, но они стали бродить и пришлось их привязать. Солнце разогрело воздух до летних температур.

Я сейчас лежу на телогрейках в тени дубравы и любуюсь нежно просвечивающейся на солнце зеленой листвой и пронзительно голубым небом. На обед решили открыть огромную банку импортной колбасы, что презентовали нам в Спасске в одном из торговых домов. Сварили её с китайскими спагетти и поели с луком и хлебом. Напоследок чай «Дерсу».

Спустя час подвели коней к луже, откуда они потянули немного тепловатой воды и, засыпав по ведру овса, привязали их к кормушкам кибитки.

15.30. Байкал лежит рядом, часто дышит, высунув длинный розоватый язык и гоняет мух, щелкая зубами. Мух действительно много. Неприятно щекочут мое обнаженное тело.

Природа, чем ближе к океану, тем становится экзотичнее и обольстительнее. Яркая нежная зелень дубрав, подсиненные далью горные увалы, хребты, сопки.

Но душа находится на пределе возможного и понимаешь, что дороже всего сейчас бы увидеть Иваново-Вознесенский лес, сосновый бор, тропинку по которой гуляли с Илюшей и Наташей. Посидеть на берегу речки Харинки. Оказаться на площади Пушкина, полюбоваться тугими шелестящими струями фонтана – это предел счастья. Конечно, чтобы рядом Илюша, Наташа и Эдик были бы. Это фантастика!

16.17. Долго смотрел в небо, сквозь пышные кроны дубов молодых, словно сквозь толщу воды. Задремать мешают мухи. Назойливо липнут и гудят словно пчелы. Байкал тоже бедный в трансе от них и ушами прядает и зубами щелкает. А между тем, еще каких-то полчасика и обеденный отдых закончится. Надо встретить по дороге почту, чтобы Наташе выслать денег. И еще пополнить запасы овса ибо остался последний мешок.

16.40. Остро пахнет дубовым листом. По шоссе несутся машины. Некоторые сигналят, приветствуя коней и кибитку.

16.43. Надеваю знаменитые лыжные ботинки с протертыми подошвами и… в бой!

24 мая 1993 года.

12.22. Прилег в кибитке. Весь день сегодня иду пешком за кибиткой.

Вчера в девятом часу вечера наехали корреспонденты телевидения и газет из Кореи Южной, из Сеула. Снимали, фотографировали, задавали вопросы. Подарили 10 тысяч наших рублей и дали по одному доллару. А потом мы их китайским шампанским угостили и они еще четыре доллара дали. Я не хотел брать, а Коля взял.

Поражало с какой быстротой и непосредственностью они делали свое дело, с какой изобретательностью фотографировали. Кто-то ложился в кювет, кто-то забирался на крышу микроавтобуса, на котором они приехали.

Наша Гостевая книга приняла их записи на родном им языке.

Ночевали слева от дороги на краю леса. Купался в половине десятого вечера, когда было уже холодно. Ходил два раза за водой. На ужин картошка с колбасой, молоко.

Утром встали в семь. Тускло выкатилось из-за горы солнце. Холодный туман. Обильная роса. В девять часов завтрак на ходу. Колбаса, лук, хлеб слива с сахаром.

16.45. В тени вяза на разостланных телогрейках. Остановились здесь час назад на обед. По сути дела в общественном саду, где белыми сугробами стоят цветущие яблони.

Байкал приплелся из-под кибитки, где тень погуще, ко мне и лег возле. Плечи у него основательно поистёрлись ошейником, особенно правое. Мне иногда до слез жалко его. Он так ко мне привязался – не может и минуты прожить без меня. Если привязан к кибитке то стоит мне уйти вперед или назад, или забраться  под полог кибитки, он начинает рваться, скулить. У него что-то нездоровое с желудком. Еще только отъехали от Благовещенска на второй или третий день у него открылся понос кровавый. Он ел траву или жевал сено и таким образом лечился. И теперь нет-нет, как у него снова открывается понос, он перестает есть, только ищет какую-то ему одному известную траву остролистую, похожую на тимофеевку и начинает жевать. Откусит травинку и жует потом с трудом проглотит.

Теперь он лежит на правом боку, вытянув лапы. Так и Гром отдыхал у нас после переходов. У них явно устают лапы, набивает подушечки по острым  камешкам обочины.

Сегодня проходили поселок Михайловское. Забежал я в магазин. Хлеб белый по 90 рублей за буханку. Дают на руки только по две буханки. Взял три пакета печенья развесного и две банки халвы «Адыгейское» по 650 рублей за банку емкостью в полкилограмма. Всего отдал 2200 рублей. Китайцы обступили кибитку. Остановились затем возле правления Товарищества с ограниченной ответственностью фирмы «Россия».  Полчаса, если не больше, ждали пока придут с обеда. Вот во время этого ожидания и подрулил зеленый «Жигуленок» из Лучегорска. Оказывается наш земляк Иван из Кохмы, вернее с поселка Железнодорожный (комбинат «Зеленый). Хорошо знает нашего общего знакомого Андрея Хуснутдинова. Иван среднего роста, в светло-сером модном костюме, такой же светло-серой рубашке. С ним Гасан Мамедов – азербайджанец – высокий, статный, кудрявый.

Они подарили нам денег: 1500 рублей Иван и 2200 рублей – Гасан. Низкий им поклон.

А вот с овсом получилась заминка. Пришел главный агроном и говорит:

–        Нужно распоряжение председателя.

Стали ждать председателя и не дождались. Коля даже психанул:

–        Пусть они передохнут без коней!

Напоили коней из колодца. Себе набрали воды. Стали искать откормочный совхоз. На одной из улиц при выезде из Михайловского стоял мужчина лет сорока за палисадником своего дома. Анатолий Миронов. Он нас выручил – дал два ведра своего зерна: овес с ячменем.

У поста ГАИ старший сержант с пистолетом на боку поинтересовался куда мы едем и откуда? О нас не слышал. Объяснил, как попасть на откормочный.

Увидели слева стела с надписью: Головное хозяйство племобъединения «Приморское».

Встретили, вернее перегородила дорогу дородная женщина в синем халате:

–            Дальше нельзя, территория хозяйства.

Остановились. Я спрыгнул с кибитки и направился к группе мужиков, стоящих возле широких ворот хозяйства.

–        В светлой рубашке стоит главный инженер Георгий Константинович – успела пояснить полная женщина.

–        Что нужно? – грубо спросил меня главный инженер.

Я пояснил.

–        Плати деньги в кассу, будет овес.

Я развернулся и хотел уже уходить, сказав, что у нас денег нет. Но мужики стали останавливать меня.

–        А мы не получали еще!

Они собрались двое и отдали свою долю овса нашим лошадкам. Ибо зарплату им платили не деньгами, а овсом. Дай Бог им здоровья.

17.17. На обед сегодня китайское спагетти с остатками датской колбасы, чай «Дерсу» с печеньем и халвой.

Теперь отдых и полудрема короткая. Все тревожней и бессонней ночи, чем ближе Сахалин, словно «дембель» приближается.

18.00.

–        Старик, дай ножницы! – вывел меня из дремы голос Коли. Не обуваясь, по колющейся траве, добрел до кибитки и дал ножницы Коле.

С юго-запада горизонт посинел. Приближается непогода. Здесь удивительные края. Ночью холодно. Утром холодно. Среди дня жарко, к вечеру опять холод.

Часто вижу лицо Наташи. Капли пота от жара на верхней губе. Она их промакивает подолом платья или платочком. Так аккуратно протирает глаза чистые невинные.

Но вот с велосипедом они явно договорились не говорить мне всю правду. Ибо наверняка Эдик на нем катался и куда-нибудь врезался. Потому что передние гайки от колеса все поцарапаны, такого не было.

А между тем в траве идет своя жизнь. Мы говорим милосердие, экология, а не задумываясь ходим по траве и при этом давим подошвами Бог знает сколько живых существ. А сколько их погибает под колесами машин и тракторов! Так, видимо и сами гибнем под ногами более сильных и неизвестных нам явлений.

Здесь вдоль дорог часто встречаются цветущие деревья, похожие на наши яблони или сливы.

Кони наелись и овса и теперь уткнули свои морды в траву, подрагивают кожей, помахивают хвостами, прогоняя мух и слепней.

У Лангусты совсем ослабли подковы, но мы почему-то тянем время и не подтягиваем их. А уж давно бы надо подтянуть.

Да, вчера водитель Володя Листопадов, который вез корейских корреспондентов, привез нам газету «Победа» – прислали из Хижины наши друзья. Там маленькое фото и заметка про нашу экспедицию.

18.15. Что ж, одеваюсь и иду запрягать. Байкал словно почуял мои мысли, поднял голову из травы. Уже сколько я клещей с него вытащил! Вчера с Лангусты снял двух клещей.

25 мая 1993 года.

12.40. Центр города Уссурийска. Я в кибитке. Стоим на площади у городского совета. Была у нас в гостях корреспондент газеты «Коммунар» – очень милая женщина. Еще разговаривали с корреспондентом радио-Уссурийск. В восемь часов вечера будет передача по радио.

Перед площадью встретился почтальон «Печкин», так он себя назвал. С бородой, видно хороший запивала, но очень душевный человек. На вид ему 52 года, но выглядит старше, лет на 60. На велосипеде. Зовут Владимир Андреевич Цыган. Подарил фотографию Глеба Травина и уехал.

–        Будет трудно, посмотри на эту фотографию.

12.50. По крыше кибитки лупит холодный дождь. Я одел зимнюю куртку, а сюда ехал в хлопчатобумажном костюме.

Вчера ночевали на территории прилежащей к генеральской бане.

Солдат Женя, через неделю уходит домой – демобилизация. Его подруга Оля девушка лет восемнадцати, красавица и очень непосредственная, простая. Любит животных. Держит дома морских свинок. Вместе ужинали.

В бане маленький бассейн. В предбаннике огромный пень кедра в качестве стола и поменьше дубовые пни, покрытые лаком. Камин, туалет, парилка, кухня, комната для отдыха с большой картиной, что-то вроде фотообоев. Два мягких кресла, журнальный столик, торшер.

Утром встал в восьмом часу. Завтрак холодный. Не стал будить Женю и Олю. Наш мерин Амур вышел за колючую проволоку и бродил по холму. Вчера Оля показала ландыши.

При развороте утром доломали оглоблю – обломилась в месте сварки.

Поругались основательно с Колей. Он набросился на меня словно цепной пес. Излил всю накопившуюся желчь.

Ремонтировали оглоблю в гараже. Сварщик Анатолий Кузнецов. Второй раз входим в город Уссурийск. Вчера вечером в половине восьмого ворвались неожиданно в город, появившийся из-за поворота и до этого скрытый за сопкой. Свернули влево, проехали огородами по неровной дороге и ушли за город. Вышли к поселку городского типа Тимирязевки и там заночевали на территории генеральской бани.

И вот сегодня, сделав круг, снова вошли в город.

Пасмурно, холодно, ветрено. И вот теперь идет дождь.

Нас встретил на «Москвиче» местный народный депутат и теперь возит Колю по городу. Поехали чинить Колин фотоаппарат. Лошади мокнут под дождем. У Лангусты правая задняя подкова держится еле-еле, непонятно на чем. Рог копыта весь раскрошился, один гвоздь уже выпал. Я подтянул, как сумел. Обнаружил пропажу: рашпиль. Оставили при последней ковке. Так весь инструмент ковочный растеряли по дороге. Жаль, он нам еще пригодился бы, как знать? Клещи или в Иркутске или в Благовещенске оставили. И вот теперь не менее главный инструмент – рашпиль.

Приехал Коля. Решили остаться на ночь в Уссурийске. Поработать вплотную с банками. Сегодня надо еще деньги выслать и позвонить Наташе.

Вчера на ужин жарили картошку с тушенкой, пили чай с халвой и печеньем в маленькой кухне у Жени.

Из Гостевой книги.

Страница 156.

«Уважаемый Петр Федорович и Ваши коллеги! Мы очень восхищены Вашим патриотизмом в настоящее время, когда наша Россия находится в таком положении. Успехов Вам, ребята, в Вашем нелегком труде, здоровья, семейного благополучия. От имени коллектива Уссурийского филиала акционерного коммерческого Далькомбанка директор Бухарова Галина Ильинична». 25.05.93г.

Страница 157.

«26.05.1993 год. Уссурийск, улица Кочубея, 33. Гущин Виктор Демьянович, депутат Горсовета, рабочий магазина «Хлеб».

В любые времена истории Россия не скудела своими людьми, самородками, своими Заволокиными, своими Шабуровыми и Плониными, разница только в том, что одни возрождали «Нашу гармонь», другие начали спасать все больше уходящих лошадей. Поистине у лошади завидное место в жизни человека. Благодаря лошади человек не один раз выживал за счет своего друга коня. Как сейчас нужен конь для начинающих фермеров и как он нужен для человека, чтобы остаться человеком. Спасибо вам ребята и низкий вам поклон за то большое дело, какое пропагандируете вы. Удачи Вам, легкой дороги и счастливого завершения вашего путешествия».

27 мая 1993 года.

9.43. В кибитке. Коля, несмотря на мои предупреждения гонит коней. А сегодня утром со стоянки так разогнал Амура, что он бедный не смог свернуть под прямым углом и на виду у Николая Сидоровича и Виктора Демьяновича, а также его жены Галины Сергеевны, врезался в ствол черемухи едва ни лбом. Только спасли хомут и дуга. Да еще как выдержали гужи?

А на выезде из города при подъеме в гору так запалил Амура – он сегодня в коренниках, что он спустя десять минут отдыха еще сучил боками и с него буквально ручьем текло – так вспотел. Я не выдержал и обругал Колю, но с него как с гуся вода. Завелся, стал доказывать, как он жалеет коней, как он их бережет.

–        Ну не в ж…пу же их целовать – подытожил свои рассуждения Коля.

Два дня, 25-26 мая, мы бегали, а вернее ездили с Демьянычем на его стареньком «Москвиче» «Иж-Комби», по городу Уссурийску. Раздобыли ящик тушенки, помог Демьяныч, как депутат. А уже 26 мая я ездил с Демьянычем и не безрезультатно. Демьяныч не верил, что кто-либо поможет нам в банках. Но у меня была абсолютная вера, что по молитвам Господь не оставит нас без помощи. И действительно. Управляющая «Жилсоцбанком» Галина Ильинична пообещала перечислить деньги на расчетный счет нашей экспедиции, открытый в Иваново-Вознесенске начальником геологоразведочной экспедиции для наших нужд. А директор «Агропромбанка» даже выдал наличными 50 тысяч рублей, которые мы поделили с Колей пополам. Помогло и Акционерное общество «Сахар», выделив ящик рафинада весом в 20 килограмм. А на мясокомбинате нам дали окорок весом около 10 килограмм.

Демьяныч снабдил нас сухарями и хлебом на дорогу. Дай Бог здоровья всем кто помог нам.

В первый же день Демьяныч протопил баньку и мы попарились и помылись. Отослал все деньги домой: Наташе, Володе Гусеву и Татьяне Лохиной – своей сестричке.

Вчера был по-летнему жаркий день.

Вечером меня знобило. Видимо была температура. Уже когда приехал с мясокомбината после трех часов дня, почувствовал резкую усталость. Еще, вдобавок, мне не спится по ночам. Да и отдых у Демьяныча сказался. Но утром сегодня поднялись в половине седьмого. Тепло расстались, обнявшись на прощание с Демьянычем.

Сегодня пока пасмурный прохладный день. Отослал почтовую открытку Лапшакову Леше в Иркутск. У Лангусты все четыре подковы хлябают, а задняя подкова, вот-вот отвалится ибо держится на трех гвоздях.

Глава 20. Владивосток.

1 июня 1993 года.

10.00. Здание телевидения на улице Уборевича в городе Владивостоке. У кабинета компании РТР. Ждем корреспондента Ольгу. Но ее все нет.

Утром были в компании «Дальроссо». Но господин Шахов нас не принял. У него корреспонденты газет. Принял нас его помощник – высокий, худощавый молодой человек. Заикается. Шахов баллотируется в мэры города Владивостока. Договорились на встречу с ним в понедельник в половине девятого утра.

Сейчас едем в парк Минного городка. Там стоят наши кони и кибитка в Кооперативе «Русская тройка», где хозяин Владимир Игнатьевич Удовенко.

2 июня 1993 года.

10.00. Здание Краевой администрации. Кабинет № 1818. Адреса могучих коммерческих структур. Галина Петровна Лебедева. Спор у нее с Колей. Коля – само высокомерие.

Галина Петровна:

–        Человек, который говорит: «мой интеллект» – не обладает этим интеллектом. Говорить так – это безнравственно.

Коля:

–        Я бы Вам мог, но я был естественен, сыграть перед Вами роль.

–        Да Вы не умеете общаться с людьми.

–        Я десять лет проработал начальником геологоразведочного отряда!

–        Ну и что?

Потом, при выходе из кабинета, когда я не выдержал, встал и начал собираться, Галина Петровна спросила меня:

–        Как вы его терпите?

12.20. Кабинет Тарана Николая Петровича. Николай Петрович курит:

–        Такую цель надо решать в Москве. Там есть Министерство сельского хозяйства, там и вопросы коневодства завязаны.

Николай Петрович сидит нога на ногу, но хочет тоже свой край поднять, рассказывает что у них и там делается то, там – то, там – то.

–        Два обросших, какие-то…

Коля завел свою бесконечную «песню глухаря», но Николай Петрович сам, чувствуется человек за ограниченный, зоотехник, но в людях не разбирается и слушает Колю, раскрыв рот. Коля несет бред, возвышая самого себя:

– Это Гостевой журнал, пишет в нем вся Россия нам целый год – это выражение тоже выдает Коля. Сущий бред!

17.20. Представители Краевого управления сельским хозяйством Таран Николай Петрович и Компанец Виктор Васильевич покормили нас в столовой за свой счет. Спасибо им. У нас практически закончились деньги.

Из Гостевой книги:

Страница 161.

«Крестьяне Приморского края, приветствуют Кругосветную конную экспедицию, прибывшую через год на Тихий океан, приморские конники, отпрыски уссурийских казаков желают успехов экспедиции во славу Владимирского тяжеловоз и вообще Российской лошади. Зам. начальника краевого управления сельского хозяйства Н. Таран. 2.06.93г.».

«Конная кругосветная экспедиция г-на Плонина П.Ф. напомнила мне переселение моего прадеда в 1902 году из Белоруссии на Дальний Восток. Считаю, что повторение пути наших предков – это очень хорошее дело для воспитания молодежи. Желаем Вам здоровья и исполнения до конца Вашего дела. 4 июня 1993 г. С уважением Председатель Биржевого Комитета «Дальбиржа» Будник В.М.».

Страница 163.

«Дорогие земляки! С огромным восхищением узнал о человеческом и научном подвиге моих дорогих ивановцев. Горжусь вами и славным городом, где имел счастье родиться и прожить почти 30 лет. Успехов вам мужественные и смелые люди, большого человеческого счастья. И огромный привет родному городу. Копеинов Борис Александрович, в 1960-1967 году журналист Ивановского радио. Ныне главный редактор информации Гос. Телерадиокомпании «Владивосток» 09.09.93г.».

Страница 165.

«11.06.93г. Никогда не думала, что смогу встретить своих земляков на полном краешке земли. Передаю большой привет землякам и приглашаю в гости свою тетю, которая живет в поселке Подвязновском. Молодцы, ребята! Вы просто мужественные люди. Я вам по доброму завидую. Г. Владивосток, ул. Тухачевского, 66-58. Смирнова Валентина Александровна. Страховая компания «Приморье АСКО»».

Мормилов Анатолий Никитович. Депутат СССР. Зоотехник. Хорошо знает коневодство. При встрече с ним мы узнали, что в совхозе «Богуславский», пограничный район, Гродеково, там были в свое время казачьи станицы. Там до сих пор сохранились лошади. Молодая женщина с мужем и сыном развили конеферму как хобби. Кое-как нашли седла, качалки. Завели лошадей рысистого направления. Восстановление любви к лошади на женском уровне. В Кировском районе тоже конеферма. Общаться с лошадьми приходят даже из поселка за 12 километров.

В Уссурийске в сельхозинституте ежегодно организовывали по пути Арсеньева и Пржевальского конный маршрут на озеро Хасан.

Глава 21. Сахалин.

15 июня 1993 года. Остров Сахалин. Город Корсаков. Поселок Вторая Падь.

17.20. Жарко. На небе ни облачка. Я лежу на солдатском бушлате, загораю. Кони пасутся поодаль. Две девушки сидят на корточках в тени березы и хихикают. Смотрят на лошадей, на собаку, бегающую без привязи. Байкал то ляжет под кибитку в густую тень, где прохладно, то, переживая за лошадей, подбегает к ним, если Лангуста уходит далеко. Амур привязан к кормушкам, фырчит, подбирая невысокую траву вокруг кибитки.

Вчера в 13.00 по полудню теплоход «Мария Савина» причалил к молу порта Корсаков.

Корсаков расположен на берегу Анинского залива. Начало истории этого города относится к 1805 году и связано с первой русской кругосветной экспедицией И.Ф.Крузенштерна. 4 октября 1853 года Г.И.Невельской установил здесь русский военный пост Муравьевский (по фамилии генерал-губернатора Восточной Сибири Н.Н.Муравьева). Позже, когда генерал-губернатором стал М.С.Корсаков, военный пост стал называться Корсаковским. Во время посещения острова Чеховым здесь был центр округа, включавшего всю южную половину острова. В 1945 году в город вошли советские войска. Единственное в городе крупное предприятие: бумажная фабрика – не работало, так как все оборудование его хозяева вывезли в Японию. Сейчас Корсаков – южные ворота Сахалина.

Мы видели голубую гладь залива Анива, стоящие на рейде транспортные суда и большие морозильные траулеры. А ближе к берегу, на пирсах – портальные краны.

И было необыкновенно хорошо и просто, когда и кибитка и лошади оказались на твердой земле после почти двух суток качания в Японском море под носовыми пайолами верхней палубы теплохода.

Сначала выгрузили кибитку, а затем, поочередно Лангусту и Амура в большой прочной сетке, в которой грузят мешки с сахаром и другие товары.

Крановщица говорила потом, что слезы текли у неё, когда выгружала лошадей. Ведь у них были завязаны глаза мешками. Иначе у Лангусты могло не выдержать сердце. Высота была такая, что просто жуть!

И первые сахалинцы, что повстречались нам при выходе из порта «Корсаков», шутили, что мы привезли к ним хорошую погоду. Вчерашний день был первым теплым и солнечным днем у них на острове. А сегодня день такой редкой красоты начала лета, что сердце мое замирает от восторга. Тем более, что у них здесь лишь дней пять назад распустились листья на деревьях и полно одуванчиков. Лето запаздывает на целый месяц.

Вчера было очень много теплейших встреч с моряками, жителями Корсакова в городе и особенно за городом, где мы остановились на обед.

На теплоходе мы шли почти двое суток с Владивостока и меня дважды травило, укачивая на морских штормовых волнах. Я это объясняю темя, что головой ударился в первые часы пребывания  на теплоходе о железную балку под палубой, под которой стояла кибитка. Видимо получил легкое сотрясение мозга, а то обычно качку я переношу более-менее нормально. Весь путь от Владивостока теплоход сопровождала непогода с туманами, дождями и приличной качкой.

Так вот, вчера вечером произошло событие, о котором следует поведать миру. Было много гостей, а один – Станислав Александрович – водитель автобуса, подъехал к нам на «Запорожце», задержался дольше всех и светил фарами, когда мы запрягали около полуночи коней. Коля сел на облучок и поехали в темноте искать место ночлега. Александрыч предложил свои услуги в этом плане. Как местный житель он знает все закоулки. И вот я сказал Коле, что еду в «Запорожце» вперед, для поиска места ночлега. Коля что-то буркнул неясное и мы со Станиславом Александровичем уехали, обогнав кибитку. Километра через четыре мы нашли удобную поляну недалеко от дороги и скрытую от посторонних глаз.

Я остался ждать Колю, а Александрович уехал домой и по дороге обещал предупредить Колю о том, что я жду его через четыре километра. Я ходил, изучая окрестность и нашел еще более скромную поляну с хорошей травой.

Вдруг вижу, подъезжает «Запорожец», сразу сообразил, что это за мной. Оказывается Александрович проехал до места нашей дневной стоянки и не встретил Колю с лошадьми. И вернулся в тревоге за мной. Я успокоил его. Объяснил, что видимо Коля свернул в лес раньше и попросил его довезти до места нашей дневки. А там я уже стану искать Колю.

Александрович, хорошо зная местность, свернул по своей инициативе на старую дорогу, построенную ещё японцами, ведущую в поселок Вторая Падь. Спустившись с горы к домам мы увидели прижатую к левой стороне дороги, почти к самому забору, кибитку и коней. Мы расстались с Станиславом. Я поблагодарил его и он уехал. А я остался в объятьях ночи.

–        Старик, ты здесь? – спросил я, но в ответ не услышал ничего.

Только Байкал рвался с цепи, хрипя и кони топтались на месте. Коли негде не было. Я забрался в кибитку, нашел фонарик, который купил во Владивостоке и, изредка жужжа им, стал светить вокруг, в поисках Коли. Три раза громко свистнул. Снова тишина. В ответ лишь лай деревенских собак. Коли негде не было. Теперь я стал думать, что он съехав с трассы, сюда в деревню, пошел вновь на трассу ловить меня и стоит там, дожидается, когда я пройду или проеду. Так думая я медленно пошел в сторону трассы по японскому проселку, изредка подсвечивая динамо-фонарем.

Когда я прошел ближайшие от деревни кусты, почувствовал, что кто-то сзади меня, прячется за кустами. Оглянулся, подошел поближе.

–        Старик, это ты? – полушепотом спрашивает Коля из кустов.

–        Я, а что?

–        Они где, уехали?

–        Кто?

–        Тут были две компании, на двух машинах. Я тебе все расскажу, пошли вооружаться – продолжает нашептывать Коля.

По дороге к кибитке, Коля матерится, ругает меня на чем свет стоит и при этом говорит:

–        Я тебя сразу стал ругать, куда ты уехал? За мной увязалась машина. Из нее спросили:

–        Вы из Иванова? Я говорю – Да.

–        Мы земляки! – ответили из машины. Но голос! Я психолог – продолжает нагнетать Коля, – Я от них оторвался. Они не отстают. Я свернул сюда и по кочкам оборвал тягу у правой оглобли. А потом навстречу другая машина, с музыкой. Куда ты уехал? Я тебя всего обругал! Ты больше так не делай! А если бы они с газовым пистолетом! Увели бы лошадей! Что тогда? Посмотри, все – ли цело в кибитке? – не своим голосом закончил Коля.

Я заглянул в кибитку и осветил фонариком. Внутри кибитки царил кавардак. Вся одежда была сорвана с крючков, из сумок что-то повылезало, но при этом все было вроде бы цело, ничего ни пропало. Теперь я выхожу из кибитки и говорю Коле:

–        У страха глаза велики. Я вижу, что в кибитке ничего не пропало. Хотя вроде бы в ней кто-то побывал?

Эх, что тут началось. Коля снова напустился на меня:

–        Вот ты оставил меня….

А я говорю ему:

–        Я тебя оставил на десять минут, а как ты меня оставлял надвое суток, а за всю дорогу на две недели?

–        Ты это брось, нашел что вспоминать! Да ты сам уезжал от меня, да я если хочешь, когда один, да я следующий раз тебя брошу, будешь в тайге ночевать…

–        Ну, если тебя кто-то и встретил, то это были хорошие люди, потому что несмотря на то, что кибитка брошена, в ней ничего не пропало.

Ну ладно, ругань руганью, а я смотрю, надо чинить тягу. Стал распрягать лошадь, а Коля все матерится, ругает меня на чем свет стоит.

Починил тягу оглобли, связав обрывки проволочной тяги капроновым концом. Снова запрягли коней и Коля повез меня на выбранную им стоянку. Оказалось это рядом с дорогой и не прикрыто ни с одной из сторон. Когда я сказал ему об этом, он снова набросился на меня, что это из-за меня. Было час сорок минут ночи. А в двенадцать мы отъехали с привала. Так что за это время мы спокойно дошли бы до той стоянки, что мы подобрали с Александровичем.

Ладно. Вижу Коля не успокаивается и как только не обругивает меня. Тогда я взял ружье и ушел в сторону подальше от Коли. Там просидел около часа. Затем накормил коней, задал им овса и лег около трех часов ночи. Не спалось.

Утром в девятом часу, кто-то стал сигналить. Коля спал в одежде. Вышел первым.

Оказывается, приехал майор милиции, Владимир Николаевич, начальник Корсаковской государственной автоинспекции, который вчера ночью преследовал Колю и хотел поговорить с земляками, потому как сам из Иваново-Вознесенска. А Коля сыграл труса, не иначе. Бросил кибитку, собаку и лошадей, удрал в кусты спасать свою шкуру. Ведь когда я подъехал к оставленным лошадям, я минут пятнадцать ждал Колю. А он в это время прятался в кустах, наблюдая что будет дальше: кто куда поведет лошадей наших и вообще…

Он оказывается и не думал искать или звать меня, или встречать на дороге. Он просто, как великий психолог, приняв майора-земляка за рэкетира, просто спасал себя и ничего больше.

Я представил себе как Коля сбегает с облучка и как майор, остановившись у кибитки долго окликает, зовет кого-то и, не дождавшись, в недоумении, сконфуженный бегством людей, уезжает на службу или домой.

Утром, когда майор уехал, Коля вновь набросился на меня. Почему де я уехал от него и оставил его безоружного. Вновь обзывал меня всякими словами, угрожая физической расправой, мол, нам еще на кругосветку идти.

Я не мог без смеха в душе слушать его, а в слух сказал:

–        Не втаптывай себя до конца в грязь!

И действительно, уж в этом поступке обнажилась вся Колина подноготная. Я вспомнил юность. Когда на Ивановской улице Коля, легко ударив одного из парней, угрожающих нам троим: ему, Лене и мне, сбежал быстро и далеко. А нас с Леней, не думавших убегать, парни не тронули. Второй случай был в трамвае. Когда Коля выступал подвыпивший, его один парень вынес на кулаках в трамвайную дверь и тут же милиция. Коля стал как шелковый, сразу протрезвел. И здесь он сыграл явного труса, спасая себя. По сути дела он уже поставил крест и на мне. Ведь если бы не Александрович, то я в эту ночь не нашел бы его ни за что, потому как не думал, что он свернет в деревню.

18.40    Приехал Коля из Корсакова, куда ездил чтобы отослать телеграммы в Иваново

-Вознесенск. Пошел он за водой. Я уже три раза ходил сегодня за водой на пруд. А еще к морю ходил с Алешей, который выловил краба и подарил его мне. Теперь его надо высушить. Купался в море. И Байкал немного зашел в воду. А вообще-то такое чувство, словно в Костромскую область приехали: так все близко, знакомо, дорого и счастье несказанное затопляет сердце до самых краев и еще готово переплеснуть через края. Слава Богу!!! Цель достигнута!!! Мы на Сахалине!!!

Теперь самое время поговорить об этой уникальной области России. Сахалинская область – единственная в стране, расположенная на более чем 50-ти островах. Крупнейший среди них – остров Сахалин, на котором мы теперь находимся. И во что теперь даже трудно поверить. Этот остров протянулся с севера на юг на 948 км. и занимает площадь в 78 тысяч квадратных километров. Из космоса Сахалин видится как рыба, чешуей которой служат тысячи сверкающих под солнцем рек и озер. Природными жемчужинами считаются два маленьких островка Монерон и Тюлений, ожерелье Малой и Большой Курильской гряды, которые омывают воды Охотского и Японского морей, воды Тихого океана и 30 морских проливов.

География Сахалина тесно связана с его историей. Историк и краевед А.Н.Рыжков, выпустивший в свет книгу «Подвиги русских людей на Сахалине и Курильских островах», насчитал на карте области 250 именных географических пунктов, названных в честь выдающихся людей и исторических событий.

Еще в 1640 году казаки отряда И.Ю.Москвитина донесли о существовании острова в устье реки Амур, что было подтверждено участниками экспедиции В. Д. Пояркова, состоявшейся в 1643-1646 годах.

Походы Д.Я.Анциферова и И.П.Козыревского положили начало систематическому изучению и освоению Курильских  островов русскими людьми. Последующие походы и экспедиции И.М.Евреинова и Ф.Ф.Лужина, М.П.Шпанберга, Г.И.Шелихова, И.Ф.Крузенштерна позволили закрепить эти земли за Россией.

В историю освоения Сахалина и Курильских островов вписаны имена офицеров русского флота Н.А.Хвостова, Г.И.Давыдова, В.М.Головнина. Неоценимый вклад в освоение и изучение Сахалина внесли замечательный русский мореплаватель Г.И.Невельской и его сподвижники Н.К.Бошняк, Д.И.Орлов, Н.В.Рудановский и другие. Экспедиция Г.И.Невельского отстояла и закрепила права России на Приморье и Сахалин, обеспечила ей выход к восточным морям. До 1905 года на остров Сахалин приходили морские транспорты с каторжанами. На Сахалин и Курильские острова зарились иноземные захватчики. Воспользовавшись тяжелой обстановкой, в которой оказалась Россия в период Крымской войны, Япония сумела отторгнуть от России Курильские острова. В результате русско-японской войны 1904-1905 годов Япония завладела южной частью Сахалина. В апреле 1920 года Япония оккупировала Северный Сахалин. Пять лет продолжалась оккупация северной части острова, и только 15 мая 1925 года Северный Сахалин вновь вернулся России. После победоносного завершения Великой Отечественной войны 1941-1945 годов, воссоединились исконно русские земли – южная часть Сахалина и Курильские острова. Сахалинская область в нынешних границах была образована 2 января 1947 года. За это время она прошла большой путь развития. Область, ввозившая почти всю продукцию с материка, превратилась в промышленно-аграрную. Она дает для страны рыбу, лес, нефть, уголь, газ, золото. На островной земле 19 городов, и самый большой – Южно-Сахалинск. Началу этого города дал поселок, который начали строить поселенцы в августе 1882 года. Назвали его Владимировка. К концу 1890 года, по описанию А.П.Чехова, в нем уже насчитывалось около 200 дворов. В 1905 году, когда южную половину острова захватили японцы, на месте Владимировки они начали создавать административный центр Южного Сахалина, назвав его Тойохара – «Плодотворная долина».

В 1945 году, войдя в город Тойохару наши солдаты увидели невзрачные каркасные домики. Пришлось заново отстраивать город. В Южно-Сахалинске теперь проживает около 170 тысяч человек. Появились девяти и двенадцатиэтажные дома, которым не страшны землетрясения. В Южно-Сахалинске пересекаются артерии железнодорожного, воздушного и автомобильного транспорта. Сюда летают современные самолеты. Беспосадочный перелет от Москвы до Южно-Сахалинска продолжается всего 8 часов. В городе есть Дворец спорта с плавательным бассейном. Любят сахалинцы свой парк культуры и отдыха имени Ю.А.Гагарина, раскинувшийся на площади более 50 гектаров у подножия сопок. На территории парка действует детская железная дорога, одна из старейших в России. Более 200 школьников города знакомятся здесь с профессиями помощника машиниста, проводника, дежурного по станции. Также в парке базируется конноспортивный клуб «Надежда», основанный в 1987 году. В момент организации конной базы имелись чистопородные лошади рысистой породы. Общее поголовье составляло 40 лошадей. В настоящее время только 8 голов. Директор клуба Юрий Васильевич Поршуков. В этом клубе мы и оставили своих лошадей, собаку, кибитку, упряжь и все остальное снаряжение. В Южно-Сахалинске находятся педагогический институт, шесть филиалов других вузов, четырнадцать училищ и техникумов. Есть в городе институт морской геологии и геофизики, отделение Тихоокеанского научно-исследовательского института рыбного хозяйства и океанографии, проектные и конструкторские организации. Привлекает гостей, прибывших в город экскурсия в областной краеведческий музей, который был открыт 11 мая 1946 года. Музей имеет три отдела; в его фондах хранятся  уникальные археологические и этнографические коллекции. Многочисленные экспонаты знакомят посетителей с флорой и фауной, историей освоения Сахалина и Курильских островов. Здесь можно увидеть кандалы сахалинских каторжан.

Острова Сахалинской области – это удивительные творения Божии. Они, можно сказать, огромный ботанический сад, где соседствуют береза и тис, ель и акация, лиственница и дикий виноград, пихта и гортензия. Самая же главная тайна природы островов – травы-гиганты. К концу лета поднимаются до трехметровой высоты шеломайник, какалия, сахалинская гречиха, а знаменитое растение медвежья дудка вырастает до четырех метров. Поражает своими размерами и белокопытник, который сахалинцы называют «лопух»: в августе он достигает трех метров высоты, с диаметром листьев до полутора-двух метров. Если солнышко очень донимает, сорвите лист лопуха, заколите гибкой веточкой – получится широкополая шляпа, которая укроет от палящих лучей, а если пошел сильный дождь, вставьте один лист лопуха в другой – получится прекрасный зонтик, который может укрыть сразу двух человек.

Сахалинская область – единственное место в России, где произрастает лилия Глена, бело-зеленоватые цветы которой исключительно ароматны, где в естественных условиях растут магнолии. В диком виде они встречаются только на юге Кунашира. Курильская магнолия – крупное дерево с роскошной кроной и такими же, как у южной, нежными белыми цветами, чуть розоватого оттенка. Здесь можно встретить редкую голубоватую ель, древесина которой обладает особыми, редкостными свойствами и незаменима для создания музыкальных инструментов. На острове Сахалин произрастают ценнейшие лекарственные растения: лимонник, аралия, элеутерококк. Изготовляемые из них тонизирующие настойки успешно заменяют препараты «корня жизни» – женьшеня. На Сахалине можно встретить актинидию коломикта. Плоды этого растения содержат в десять раз больше витамина «С», чем черная смородина. В Сахалинской области произрастает четыре вида шиповника. В их числе один из самых крупноплодных – шиповник морщинистый. Вес отдельных его плодов достигает 25 граммов. Раз уж речь идет в целом о Сахалинской области, то не грех, очевидно, напомнить и о Курильских островах, о которых мы тоже много наслушались от местных жителей. Курильские острова – горная цепь, которая поднимается из глубин океана и показывает лишь свои вершины. Здесь насчитывается сорок действующих и множество потухших вулканов. Курильские острова делятся на три административных района с центрами в Южно-Курильске на Кунашире, Курильске на Итурупе и Северо-Курильске на Парамушире. Группа Курильских островов простирается с юго-запада на северо-восток от острова Хоккайдо (Япония) до полуострова Камчатка. Большая Курильская гряда длиною почти 1200 километров насчитывает около 30 островов, из которых наиболее крупными являются Парамушир, Кунашир, Уруп и Итуруп. Малая Курильская гряда длиной 105 километров расположена  параллельно Большой Курильской гряде, в состав ее входят шесть островов, наибольший из них – Шикотан, что в переводе с айнского означает «лучшее место». В районе этого острова в основном добывается «ночная жемчужина» – сайра. На этом острове – несколько консервных заводов, которые выпускают миллионы банок сайры. Еще одна достопримечательность Южных Курил – мыс Край Света, длинный, плоский, отвесно обрывающийся в океан. Кунашир – самый южный остров, заросший лесами, лианами. Здесь растут столетние тисы, бархат, пихта, аянская ель, шиповник, дуб, клены, калина. По всей Курильской гряде распространен кедровый стланик. Он, как и бамбук, создает плотные, труднопроходимые заросли. На южных островах – Кунашире, Шикотане, Итурупе – растут лианы: актинидия острая и актинидия коломикта, лимонник китайский, ломонос бурый, гортензия черешчатая, сумах восточный, древогубец щетинковый. Вьющиеся растения придают лесам южных Курильских островов особый колорит. На Кунашире – действующий вулкан Менделеева и ряд горячих минеральных источников, богатых серой. Серные ванны хорошо лечат болезни суставов, сосудов, опорно-двигательного аппарата, кожные заболевания. Славятся необыкновенной красотой и озера Курильских островов. Особенно живописно горное озеро Осен на острове Онекотан. Оно округлой формы, берега обрамлены отвесными 600-700-метровыми скалами. На острове Кунашир есть кипящее озеро Понто. Вода здесь бурлит, клокочет, около берегов со свистом вырываются струи газа и пара.

Удивительны по красоте сахалинские и курильские водопады – Борода старца, Волосы красавицы и другие. На острове Итуруп находится самый высокий в нашей стране водопад Илья Муромец – 141 метр. Курильские острова – царство птичьих базаров. Подсчитано, что здесь гнездится полтора миллиона кайр, около миллиона глупышей, миллион качурок, более четырехсот тысяч чаек-маевок. Одним из самых распространенных видов птиц Курильских островов являются морские канюки. Остров Тюлений, крохотный кусочек суши к востоку от Сахалина, обозначен на всех картах мира. Здесь находится уникальное лежбище морских котиков. Большим судам запрещено подходить к Тюленьему ближе 30 миль, самолетам пролетать над ним, в этой зоне строго запрещено давать гудки. Остров Тюлений – заповедная зона, райское место для котиков, которые осчастливили своим пребыванием территорию только двух стран мира – России и США. Жизнь этих животных на острове идет по раз и навсегда установленному Богом распорядку. Сначала появляются секачи, затем определяются семьи-гаремы, и уже позже появляются маленькие щенки, которые растут, набираются сил. Осенью первыми покидают Тюлений самки с окрепшими детенышами, последними – секачи. В Сахалинско-Курильском бассейне обитают и сивучи – самые крупные звери из ластоногих, вес их достигает тонны.

Скалистые берега северной части Тихого океана и прилегающих к ней морей окаймлены мощными зарослями бурой водоросли ламиарии – морской капусты. Это настоящие подводные леса. Такие места любят каланы. Это очень миролюбивые животные, но человек обошелся с ними очень жестоко. Каланы были почти полностью истреблены. В настоящее время на островах насчитывается свыше семи тысяч этих животных. Подводный мир богат черно-бурыми двухстворчатыми моллюсками – мидиями и трепангом (его еще называют «морским женьшенем» или «морским огурцом»). Они вкусны, полезны и пригодны для лечебных целей. Фауна наших морей представлена также морскими звездами, осьминогами, кальмарами, морскими гребешками, трубачом, крабом. Сахалинская область – один из крупных  рыбопромысловых районов нашей страны. Основными объектами промысла являются  минтай, сельдь, камбала, горбуша, кета, сайра, треска, навага, терпуг. В летний период заходят в больших количествах теплолюбивые рыбы – сардины, скумбрия, анчоус. Но самое главное, самое замечательное из биологических богатств дальневосточных морей и рек – лососи. Осенью прогретые мелководья рек полны горбуши и кеты. Войдя в реку, они перестают кормиться, преодолевают в сутки до 40 километров вверх против течения. На этом пути рыба меняет свой облик: чешуя тускнеет, утрачивая серебристый блеск, челюсти искривляются, вырастает горб. Горбуша, кета, кижуч, нерка, чавыча, сима относятся к роду тихоокеанских лососей. Объединяет этих рыб одна особенность – все они гибнут после однократного нереста. Достаточное количество нерестилищ и чистой пресной воды является залогом успешного воспроизводства лососей. Сахалинская область по масштабам искусственного разведения этого вида рыб занимает первое место в стране. Здесь около двух десятков рыбоводных заводов. Природа щедро наделила Сахалин и Курилы естественными «здравницами»: горячие озера и источники, песчаные пляжи Анивского взморья, минеральные воды, реки и озера – всем эти стараются воспользоваться сахалинцы. В области обнаружено более 50 источников минеральных солей и вод, пригодных для питья и ванн, и притом самого разного состава. В каждом районе области имеются немало выходов таких вод. Есть среди источников и редкие. Так, санаторий «Сахалин» и «Синегорские минеральные воды» работают на синегорских источниках – углекислых высокомышьяковистых водах. На Сахалине и Курильских островах выявлено более 20 месторождений лечебных грязей. Наиболее ценными из них являются иловые сульфидные грязи озера Изменчивого, одной из крупнейших залежей в нашей стране, отличающихся высокими лечебными свойствами. Они используются в комплексе курортной терапии.

«Вся миграция красной рыбы идет через Курилы. Если мы отдадим остров Итуруп или остров Кунашир то страна остается вообще без красной рыбы» – мнение одного из жителей острова Сахалин.

А еще на острове Сахалин были замечательные встречи. С командиром одной из ракетных частей, отживающей последние часы. Ракеты снимались с дежурства. Воинскую часть расформировывали. Со слезами в голосе военные говорили: – «Уйдем мы и тут же явится 6-ой американский флот к берегам Сахалина».

Встреча с журналистами Южно-Сахалинска. Встречи с конниками спортсменами, из конноспортивного клуба «Надежда», радушно приютившими наших коней и собаку Байкала.

Встреча с семьей фермера Лобенко Виктора Григорьевича. Моя поездка по железной чрезвычайно красивой дороге с узкой колеей, построенной японцами, в город Холмск, на которой я устал считать тоннели. Где я питался морской капустой, собирая выброшенные на берег густо-зеленые листья и промывая их от морского песка, а еще купил стакан варенца на рынке за 200 рублей, но все равно жутко хотелось есть. На самом гребне Холмского перевала – памятник воинам, погибшим здесь в 1945 году. Холмск находится на берегу Татарского пролива. Этот город, к улицам которого, образно говоря, швартуются корабли, и сам похож на корабль, продуваемый океанскими ветрами, просоленный штормами и окутанный морскими туманами. История Холмска начинается с 1870 года, когда шхуна «Восток» совершила плавание по маршруту: бухта Буссе – пост Корсаковский – пост Кусунайский – Маука – пост Корсаковский. 21 мая вахтенный офицер Стрельников сделал запись о высадке в Мауке поручика Фирсова, десяти солдат и унтер-офицера. Ими был заложен пост, положивший начало Холмску. Пост был учрежден близ крупного айнского поселения Маука-Кадь (что переводится как «место, поросшее шиповником»). В августе 1945 года десантники 11-ой отдельной стрелковой сахалинской бригады и 365-го отдельного гвардейского батальона морской пехоты освободили порт и города. В центре Холмска есть место, священное для горожан. В тенистом сквере Героев – братская могила, где похоронены 45 воинов, погибших за освобождение города. В Холмске все связано с морем. А оно крепко берегом, который заботится о тех, кто в рейсе, в экспедициях. Сахалинское морское пароходство обеспечивает доставку грузов в районы Крайнего Севера и Дальнего Востока, выполняет большой объем экспортно-импортных перевозок. Ведущими предприятиями города являются судоремонтный завод, жестяно-баночная фабрика, целлюлозно-бумажный завод. С 1973 года в Холмске работает морская паромная переправа. Суда берут 26 вагонов с грузом и пассажирами и преодолевают за 9 часов расстояние в 275 километров от Холмска до материкового порта Ванино. Своеобразная архитектура Холмска. По ступенчатым террасам сопок спускаются к морю пятиэтажные и девятиэтажные дома.

Кажется, отсюда видно все: и Хабаровск, и Владивосток, в Красноярском парке – колесо и над Талкой старенький мосток. Обниму глазами даль и ширь, загляну в морскую глубину… кажется, до этого не жил, не прошел на лошадях страну. Сердце то забьется, то замрет…Сахалин, туманится восток, к Холмску здесь подходит теплоход, кажется отсюда видно все… июнь 1993 год.

Мое восхождение на гору с полуразрушенным горнолыжным трамплином, по низкорослым зарослям бамбука, в острых листьях которых таились масса клещей, мимо туристской базы «Горный воздух».

Встреча с казачьим Атаманом Сахалинской области.

Стихи, зародившиеся на этой славной земле, на «краешке пролива Лаперуза»… Ветер с берегов острова Хоккайдо.

Почему бы ни привести здесь записи из нашей Гостевой книги? Вот пожалуйста, на странице 166.

14.06.93г. г. Корсаков. 19.00.

«Восхищаюсь решимостью и мужеством ребят. Не оскудела молодцами земля русская! Доброго вам пути, успехов в вашем большом деле»! Теркин Петр. В.- директор школы № 4

«14 июня 1993 г. Встретили хороших людей, которые рискнули в такое время путешествовать по России, и дальше, счастливого пути и здоровья. г. Корсаков. Подсосов Александр и его семья».

«Мы рады вас приветствовать на нашей земле. Всех вам благ в ваших начинаниях. Будете в г. Корсакове заезжайте… Протопоповы 14.06.93г».

страница 167.

«15.06.93г. Корсаков. Великая Русь!!!

Гордись своими сыновьями. Пока Бьется Русское сердце! Не переведется русский люд. Дай Бог Вам мужики. Легкого пути, мира, счастья, здоровья. Вам, Вашим помощникам. Пусть всегда будет мир, согласие между Всеми народами Нашей Великой Родины. Счастливого пути! Скорой встречи Вам со своими Родными. С уважением к Вам шеф-повар РС «Никель. Хачапуридзе. Мира и добра».

Страница 168.

«14.06.93г. Приветствуем Вас, мужественных людей, на нашем острове. Желаем Вам счастливого пути, встреч с прекрасными, добрыми сахалинцами. Всего Вам доброго и светлого. Храни Вас Бог! С уважением Правкины, Желтовы, Киреева, Комарова».

Страница 169.

«14.06.93г. г. Корсаков. Рад Вас приветствовать на Сахалинской земле. Ваш приезд волнует и восхищает Ваше мужество пройти такой путь этим походом Вы сближаете наши народы России, пропаганда силы и выносливости Российских лошадок верных друзей человека. Своим появлением на Сахалине Вы подчеркиваете эту силу и необходимость. Желаю Вам удачи в Ваших делах, здоровья Вам и достичь Вашей заветной цели. С уважением Митрофанов Владимир Пантелеевич».

Страница 170.

«15.06.93г. Очень рад видеть своих земляков Ивановцев на ставшей родной, гостеприимной Сахалинской земле. Желаю вам удачи в этом трудном, долгом путешествии и возвращения в «город – герой «Иваново». С уважением ваш земляк Алексеев Владимир Николаевич. Начальник ГАИ Корсаковского РОВД».

«15.06.93г. Чудаки всегда украшали мир. И знаете – это здорово. Дай Бог, чтобы ваша кругосветка состоялась. Корреспондент Корсаковской газеты «Восход» Карпук Игорь Николаевич».

Страница 172.

«Спасибо за ваш оптимизм, за энергию, за Россию, которую вы любите по-настоящему. Бог даст и все ваши планы сбудутся. Вы же поняли, что вы не одиноки. Сахалинцы с вами. Алексей Дворкин – служба новостей телерадиокомпании «Сахалин». 17.06.93. г. Южно-Сахалинск. 17.40».

«Спасибо вам за личное мужество, любовь к России, народу. Пусть сбудется ваша мечта о кругосветном путешествии. Да сопутствует вам Удача! Алексей Алексеевич Бутаков,  корреспондент газеты «Советский Сахалин». 17.06.93г. г. Южно-Сахалинск».

Страница 173.

«С большим удовольствием и удовлетворением спешу за экспедицией. Очень доброе, очень нужное, очень благородное дело. Только люди огромной душевной доброты и мужественности могут начать и завершить подобное. Счастья, успехов и здоровья всем участникам. 21.06.93г. Станислав Кувшинов – зам. генерального директора МЦДС «Сахинцентр».

«В наше время трудно, чем удивить наш народ, но эта экспедиция вызывает и удивление и не меньшее уважение. Всего доброго! Нефедов Владислав, редакция газеты «Молодая гвардия». 21.06.93г. г. Южно-Сахалинск».

«Удивлен и обрадован, что в России есть люди, которые способны на чудеса. Желаю успехов и исполнения всех Ваших пожеланий. Всего хорошего! Президент Экономического Совета Сахалинского казачьего округа Белов Анатолий Васильевич, уроженец о. Сахалин. г. Южно-Сахалинск. 22.06.93г.».

Страница 174.

«Друзья Плонин Петр Федорович и Шабуров Николай Михайлович. Вы молодцы! Я рада встрече с Вами! Вашей настойчивости и Вашему энтузиазму отчаянно завидую. Душой всегда с Вами в пути. о. Сахалин, коммерческий «Сахсоцбанк». Александра Евпланова.

Движение экспедиции.

Пройдено от города Иваново-Вознесенска до города Южно-Сахалинск:

Лошадь Лангуста – 8600 километров.

Лошадь Почта – 7000 километров.

Конь Амур – 1600 километров.

Всего в дороге 353 дня в том числе ходовых – 219 дней, простоя – 128 дней. Средняя скорость передвижения – 29 километров в сутки.

За это время преодолено более 989 населенных пунктов, 78 городов, более 368 рек и речек.

 

Назад на страницу Плонин Петр Федорович

Постоянная ссылка на это сообщение: http://gavposad-kraeved.ru/nashi-publikacii/plonin-petr-fedorovich/kniga-pervaya-ot-ivanovo-voznesenska-do-ostrova-saxalin-glava-16-prodolzhenie5/

1 комментарий

  1. Евгений Соболев

    МОЛОДЦЫ! Я очень рад что вполне удачно закончилась эта экспедиция. Особенно хочу выделить участие в ней Петра Плонина- поражает его, в первую очередь, выдержка ,настойчивость в достижении цели, упрямство, и величайшую волю. Слава Богу, что в сложившейся тяжелой обстановке не опустились руки, не была брошена эта экспедиция, хотя моральная, материальная и физическая нагрузки всячески склоняли к этому. Рад ,что в дальнейшем, экспедиция с Николаем Давидовским сложилась гораздо удачнее.

Оставить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.