Распечатать Страница

Осетров Александр Андреевич, художник-реставратор

Осетров Александр Андреевич, художник-реставратор
1 vote, 5.00 avg. rating (99% score)

Художник-реставратор из Торок.

Видеоинтервью с Осетровым А.А.

Художник Н. К. Рерих пос­ле путешествия по старин­ным русским городам сделал вы­вод, что жива старина, не перееха­ла еще ее «железная дорога» ци­вилизации, поэтому нужно защи­щать ее и беречь во имя будущего. Он призывал соотечественников серьезно подумать о создании здо­ровой почвы для жизни старины.
Но еще не знал этот великий человек, что через полтора десят­ка лет в России начнутся великие потрясения и они окажут на ста­рину более губительное действие, чем железная дорога. Памятники архитектуры, прежде всего храмы, стали громить и разрушать, кам­ни разбрасывать. Страдали города и села на протяжении десяти­летий. Насильственная коллекти­визация привела к тому, что неко­торые крестьяне уходили из сел и деревень в город, оставляя дома и хозяйство. Церкви закрывались повсеместно. А негодная полити­ка разделения деревень на перс­пективные и «неперспективные»! Веками при разных царях и импе­раторах существовали, обрабаты­вали землю простыми доступны­ми орудиями, жили полноценной жизнью со многими обычаями и вдруг потеряли перспективу — да где это видано! Это было похоже на вредительство.
В результате великое множе­ство сел и деревень исчезли с лица земли. К их числу относится и ста­ринное село Торки, которое в 1903 году посетил Н. К. Рерих. Заревел торок – пронеси, Бог, морок (мрак, бурю, тучу) – есть такая по­говорка. Торок (по В. И. Далю) -это порыв, удар ветра, шквал. Торок это еще и битая, торная дорога, особенно зимняя (от гла­гола «торить»). Так получилось, что от Торок, села, существовав­шего с начала XV века и принад­лежавшего Спасо-Евфимиеву мо­настырю, при советской власти не осталось ни церкви, ни домов, ни хозяйственных построек – ничего. Туда и дороги нет. Торить неко­му. Недвижимое имущество ра­створилось. Люди разъехались, многие уже умерли. Вот только оставшиеся в живых бывшие жи­тели Торок сохраняют в себе связь с этой землей.
В Суздале живет ветеран вой­ны и труда А. А. Осетров, всем известный и всеми уважаемый че­ловек. Многие годы он работал художником-реставратором во Владимиро-Суздальском музее-заповеднике. Я тоже там работал – экскурсоводом. В 1930-х годах в Суздальском краеведческом музее трудился кровельщиком его отец. Осетровы и жили в здании музея, бывших Архиерейских палатах. Саша увлекался рисованием, ху­дожником стал под влиянием ди­ректора музея, исследователя ста­рины А. Д. Варганова.
Я знаю Александра Андрееви­ча Осетрова давно. Живет он в небольшом двухэтажном доме на Красной площади г. Суздаля, где я бывал. В этот раз я специально пошел к бывшему коллеге по работе в музее, чтобы поговорить о его жизни, творчестве, Рерихе и… Торках, потому что А. А. Осетров родом оттуда. Оказалось, что этот человек гораздо интереснее, чем я о нем думал. Мне открылись но­вые грани личности и творческой судьбы. Я сделал для себя очень приятное открытие.
…Дверь мне открыла дочь Таня, приехавшая из Кирова. По­том вышел Александр Андреевич. Мы сели в гостиной на диван. Я окинул взглядом комнату. Обыч­ная обстановка, мебель. На стенах привлекают внимание картины с видами Суздаля: Преподобенская колокольня (самая высокая), Рож­дественский собор с колокольней (кремль), Спасо-Евфимиев монас­тырь – тот самый, что изобразил Н. К. Рерих на своем архитектур­ном этюде. Только ракурс другой у суздальца – с северо-запада, со стороны Торок…
- Я родился 16 августа 1918 года в селе Торки Гаврилово-По-садского района Ивановской об­ласти (в то время еще была Влади­мирская губерния – Ю. Б.).- гово­рит А. А.Осетров. – В семье крес­тьянина-середняка Андрея Никифоровича Осетрова. Отец зани­мался сельским хозяйством и по совместительству отхожим про­мыслом – был кровельщиком и маляром. Ездил в Иваново, Шую, другие города. В семье было 9 че­ловек. Старший брат Петр боль­ше хозяйством занимался. Я был предпоследним ребенком. Мать, Евдокия Степановна, умерла в Торках, когда мне было 10 лет. Село было большим – около 200 домов. Реки не было, но был пруд.
Через село проходил овраг. В че­тырех километрах от Торок нахо­дилось местечко под названием Ясенье, где были ключи. Наш пруд и наполнялся водой из них по оврагу. Ручеек тек с юга на се­вер, а село находилось по сторо­нам. Было две улицы: Бурачиха и Бухониха. Песни любили петь в Торках по праздникам, а пре­стольный праздник в селе был Дмитриев день. Сын ездил недав­но на мою родину. Ни одного дома, говорит, нет, от церкви ос­тался только фундамент – голое место; на кладбище несколько могил… Начали выезжать в 1930-х годах, когда шла коллективиза­ция, продавая дома на вывоз. По­степенно село и вымерло.
Отец мой переехал в Суздаль и работал кровельщиком в музее, продолжает Осетров, я учился в школе. Поселились в бывшем Ар­хиерейском доме, в однокомнатной квартире – полуподвальное помещение. Я увлекался рисова­нием, и директор музея Варганов меня поощрял, агитировал учить­ся на художника. В 1934 году я поступил в Палехское художе­ственное училище на отделение «Реставрация произведений мас­ляной живописи». Через пять лет закончил его и устроился на ра­боту в музей реставратором, экс­курсии водил. Но недолго – меня призвали в армию и направили в Ярославское военное училище. Вместо двух лет мы проучились один год. Нас выпустили досроч­но, 16 июня 1941 года. «Придет­ся, видимо, с Германией вое­вать…» – объявили на плацу. Меня направили в Ригу, в 10-ю бригаду зенитной артиллерии ПВО, только что сформирован­ную…
Первую ночь молодой лейте­нант А. Осетров переночевал на полу (постели не досталось), а ут­ром его разбудил полковник: «Война началась. Вставай!» – «Да вы что!» – «Точно». В Риге брига­да охраняла аэродром и вокзал. Первый же налет показал полное превосходство вражеской авиа­ции. 17 «Юнкерсов-87» пикирова­ли на Ригу, поражая цели. Разбом­били и вокзал, и аэродром. «Наши батареи стреляли плохо, – вспоми­нает Александр Андреевич, – не хватало опыта, но вскоре освои­лись, сбили один самолет, кото­рый упал около пруда». Немцы тогда стали летать ночью. Всего дивизион сбил 48 самолетов. По­том немец начал обходить Ригу. 10-я бригада, в которой воевал А. А. Осетров, тоже передислоцировалась – сначала в Псков, потом Новгород и Бологое.
- На фронте узнал я, что отец дома заболел, – рассказывает А. А. Осетров. – Захотелось съездить на родину. И тут знакомый пол­ковник меня встретил, рассказал я ему об отце. «Я поговорю с ко­мандиром части», – пообещал он и спросил, нет ли какой команди­ровки в нашу сторону. Оказалось, что в бою убило командира одно­го из орудий, который посмертно был награжден орденом. Орден надо было отвезти матери в Во­логду. Вот меня и направили в эту командировку, а оттуда на шесть дней в Суздаль. «Вместо сына мне железку привезли…» – сказала мать и заплакала. И я заплакал…
Рассказывает ветеран о давно минувшем, а я вижу, что глаза у него при воспоминании увлажнились. Да, много переживаний и страданий принесла война всем, кто с ней соприкоснулся. Позднее воевал суздалец в составе 246-го отдельного зенитно-артиллерийского дивизиона (ОЗАД) на Севе­ро-Западном фронте. В болотах под Старой Руссой простудил ноги, попал в госпиталь, оттуда был демобилизован из армии.
Приехал в Суздаль фронтовик. Варганов говорит бывшему учени­ку: «Саша, давай поработай. По­том пошлю тебя учиться в Москву на художника-реставратора». Дей­ствительно, прошел Осетров ста­жировку, получив квалификацию художника-реставратора произве­дений масляной живописи 1-й ка­тегории. Работал в Суздальском музее и Владимиро-Суздальском музее-заповеднике, преподавал в Суздальском художественно-реставрационном училище, пока не ушел на заслуженный отдых. У А. А. Осетрова были персональные выставки, причем последняя со­всем недавно, зимой этого года, а ведь ему уже за 80. Художнику Осетрову подвластны пейзаж и портрет, в каждую свою работу он вкладывает и чувство, и мастер­ство, оставаясь очень скромным че­ловеком.
Беседа продолжается и подхо­дит к самому интересному пунк­ту, намеченному мной. Я расска­зываю моему уважаемому земля­ку о путешествии Н. К. Рериха по суздальской старине, о том, что он посетил Шекшово и Торки. Знае­те ли вы Рериха?
- Знаю Рериха – как же! – реа­гирует он эмоционально. – У меня репродукции его картин есть. Не­много, но есть. Я сейчас поищу. Нравится мне этот художник -своеобразный. Но я мало знаю его биографию.
- Значит, вы не знали, что Ре­рих побывал в вашем родном селе?
- Нет, не знал… Александр Андреевич достает папки с репродукциями русских и зарубежных художников, альбо­мы с видами Суздаля, в том числе дореволюционными фотография­ми. Все аккуратно подклеено, си­стематизировано. Я рассматри­ваю с интересом, но материала слишком много, чтобы познако­миться за один раз. Не хочется утомлять и задерживать пожило­го хозяина. Я собрался было уже откланяться, когда Александр Андреевич подсунул мне папку, в которой оказались его работы, в основном, акварельные, разных лет, в том числе помеченные го­дами военного лихолетья.
Вот оно, самое интересное! Ху­дожник успевал запечатлевать все места, куда забрасывала его судь­ба. Лирические и архитектурные пейзажи привлекают внимание цветовой гаммой и свежестью вос­приятия. Вот город Цесис (Лат­вия, 1943 г.), башня старой крепо­сти, которую штурмовали войска царя Ивана Грозного, Белитц (ГДР, 1948), село Лучинское Ярос­лавской области, Александрова слобода – бывшая резиденция Ивана Грозного (1949), село Жадинское (1953), Шекшово (1955), Спасо-Евфимиев монастырь (1957) и другие этюды. Замеча­тельны автопортреты, сделанные в Каунасе (1946) и Белитце (1949), с автографами.
Я поймал себя на мысли, что у Н. К. Рериха и А. А. Осетрова есть некоторые общие черты: любовь к природе, архитектуре, старине. Только каждый творил в силу сво­его времени и меру таланта. Ху­дожник из Торок многогранно отобразил в своих картинах Суз­даль, а также его окрестности. В том числе места, где побывал до него Н. К. Рерих, – село Шекшо­во, например. Кроме упомянутой выше работы я видел у художни­ка Шекшово со стороны Жадинского, помеченное 1982 годом, Спасо-Евфимиев монастырь, кремль. В отличие от Рериха, суздалец имел возможность неоднок­ратно в своем творчестве возвра­щаться к полюбившимся местам, в разные годы и разные времена года.
Вслед за великим путешествен­ником можно повторить: какие это славные места! Любил русский человек раскинуться свободно -«чтобы в ушах гудел вольный ветер, чтобы сверкала под ногами быстрая река и не знал глаз пре­дела в синеющих, заманчивых да­лях».
Ю. Белов.
ист. И. Антонов. “Гаврилов Посад: ВРЕМЯ И СУДЬБЫ” стр.252-257

Постоянная ссылка на это сообщение: http://gavposad-kraeved.ru/lyudi-ostavivshie-svoj-sled-v-istorii-goroda-i-rajona/posadskaya-i-selskaya-intelligenciya/osetrov-aleksandr-andreevich-xudozhnik-restavrator/

Оставить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.